Дело №3
Бондарец Иван Андреевич
Возраст: 27 лет
Ващук Валерий Васильевич
Возраст: 32 года
Рабочие родом из Ровенской области.
Участники Самообороны Майдана.
Пропали 7 марта 2014 года
Когда ехали на поезде из Киева в Симферополь. Перед исчезновением сообщили родным о своем задержании на симферопольском вокзале.
- Зачем Валерий и Иван ехали в Крым?
- Кто их должен был встретить?
Фото Ивана Бондарца - из семейного архива
Фото Валерия Ващука - из архива 40-й сотни Самообороны Майдана
Люди, о которых мы рассказываем в этом проекте, бесследно исчезли весной 2014-го и не попали в список тех, кого требовала освободить Украина, - если в тогдашнем хаосе вообще существовал такой список. По крайней мере, выяснить, кто был ответственным за его формирование, нам пока не удалось.

Во всех этих случаях отсутствуют непосредственные свидетели похищения, нет фото или видео. Пожалуй, исчезновение майдановцев Ивана Бондарца и Валерия Ващука, которые вместе приехали в Крым, - самое загадочное.

У нас нет свидетелей не только событий утра 7 марта, когда Иван и Валерий пропали в Симферополе. Маршрут их передвижения на протяжении суток перед исчезновением составлен, в сущности, со слов родственников, которые связывались с Иваном и Валерием по телефону. Достоверность этих сведений под вопросом: если ты активист Майдана и едешь с бронежилетами в без пяти минут оккупированный Крым, то вряд ли будешь выкладывать маме всю правду.

Нам неизвестно также, кто должен был их в Крыму встречать и почему этого не произошло. И это ключевой вопрос в деле.

Среди тех, с кем нам удалось пообщаться, последними их видели сотник 40-й сотни Самообороны Майдана Роман Семчишин и соратница по сотне Ирина Мандрыка.

По нашей информации, украинским следствием проведены экспертизы, позволившие установить сигналы мобильных телефонов Ивана и Валерия, перед тем как они были отключены. На сегодняшний день их результаты составляют тайну следствия.

Мотив вероятного похищения, как нам представляется, довольно очевиден и связан с охотой на майдановцев, которая в те дни развернулась в Крыму.

На фоне смелого, но в то же время осторожного и проницательного Тимура Шаймарданова, который менял конспиративные квартиры каждые несколько дней, и бывшего сотрудника СБУ Василия Черныша, умевшего набросить капюшон и раствориться в толпе, Иван Бондарец и Валерий Ващук выглядят наивными романтиками. Из обрывков разговоров, которые пересказывают их родственники и соратники по Майдану, складывается представление об энтузиастах, которые ехали в Крым, не до конца понимая, с чем им там придется столкнуться. Впрочем, на тот момент мало кто из майдановцев, отправлявшихся в Крым, реально оценивал риски и готов был осторожничать. Мы сами не были исключением. Никто не осознавал, что война УЖЕ началась.

Несмотря на огромное количество убитых и раненых на Майдане, те дни были наполнены не только скорбью, но и ощущением победы, эйфории; было чувство, что гражданский протест способен менять ход истории и заставлять диктаторов удирать, бросив свое недвижимое имущество размером с Княжество Монако. "Победили в Киеве - победим и в Крыму," - сказал Валерий Ващук Роману Семчишину за несколько дней до поездки. С тех пор сотник своего бойца не видел.

Вечером 6 марта 2014 года около 22:30 Светлана, сестра Валерия Ващука, получила от брата несколько ММS из поезда, который в это время предположительно проезжал окраины Запорожья.


Фото не сохранились, но Светлана помнит, что на одном из снимков Валерий с приятелем Иваном Бондарцом прямо в вагоне разворачивают желто-синий флаг. Были и другие люди, но их Светлана не узнала. Утром 7 марта, ориентировочно с 7:30 до 8:00, Валерий позвонил сестре и рассказал, что сразу по прибытии поезда их задерживала милиция, но, обыскав, отпустила. Светлана посоветовала Валерию разворачиваться и ехать домой, так как их "могут пасти", но Валерий возразил, объяснив, что они должны дождаться координатора. Через час, в 9 утра, связи с абонентом уже не было. Около 10:10 телефон включался. Светлана попыталась дозвониться, но абонент оказался вне зоны.

Светлана со своей семьей живет в Ровенской области, воспитывает двоих детей. Встречу нам она назначает в торгово-развлекательном центре на выезде из Ровно. Пока ее младший сын Володя играет на автоматах и жует конфеты, мы пытаемся вспомнить, что происходило весной 2014 года и когда она в последний раз разговаривала с братом. У Валерия Ващука были доверительные отношения с сестрой. Он делился с ней тем, чего не рассказывал, к примеру, маме - чтобы та не нервничала. Сестра всегда старалась быть на связи с братом: "Какие бы проблемы у него ни были - он всегда шел с ними ко мне".
ИСЧЕЗНОВЕНИЕ И ПРЕДШЕСТВУЮЩИЕ СОБЫТИЯ
Сотнику 40-й сотни Самообороны Майдана Роману Семчишину Валерий Ващук лично сообщил, что собирается вместе с Иваном Бондарцом ехать в Крым. Разговор состоялся в первых числах марта 2014 года на 7-м этаже Киевской городской государственной администрации. На тот момент Киев еще не отошел от шока массовых расстрелов, а в майдановских точках еще оставались группы протестующих. Штаб 40-й сотни - как раз на 7-м этаже горадминистрации. Валерий пришел доложить сотнику о том, что покидает расположение и направляется в Крым поддерживать противодействие оккупации. Ничего "лишнего" не говорил, предпочел быть немногословным и намекал на необходимость конспирации.
С Романом Семчишиным, заместителем главы Украинской республиканской партии, нам удалось поговорить только по телефону. В Киеве он бывает редко. На Майдане 40-й сотне Самообороны удалось избежать потерь, хотя несколько раненых было. Прямо с Майдана Роман вместе с полутора десятками бойцов ушел на фронт и стал сооснователем и замкомандира 25-го батальона территориальной обороны Вооруженных сил Украины "Киевская Русь". Участник боевых действий на Востоке Украины.
Роман Семчишин в АТО. Фото
с Facebook-страницы Романа
Иван Бондарец несколько раз звонил из поезда своей маме Людмиле Александровне. Рассказывал, что едет с Валерой в Симферополь поддержать сопротивление оккупации и "отстаивать Крым". Утром, до 9-ти, но уже после приключений в линейном отделе, Иван звонил маме с другого номера и жаловался, что "менты сломали карточки". К тому же вопреки обещаниям на вокзале их не встретил координатор, а потому они собираются ехать обратно в Киев. Иван обещал созвониться с мамой вечером, но когда настал вечер, его телефон уже находился вне зоны и с того момента в сети ни разу не появлялся.
Людмила Александровна Бондарец живет в Ровно, работает в детском саду. Она с трудом соглашается на встречу с нами. Видно, что женщина разочарована во всех, кто ей обещал помощь, уже ничего не ждет, о сыне ей говорить очень сложно. При упоминании об Иване она плачет.
Мама Ивана Бондарца
Людмила Александровна.
Фото с Facebook-страницы
Гражданская жена Ивана Бондарца Антонина Фаенко о поездке в Крым вообще не знала. Она тоже живет в Ровно и воспитывает их общую с Иваном дочь Карину, которой на момент исчезновения отца было два с половиной года. Почуяв неладное в связи с длительным отсутствием звонков ("он всегда звонил и интересовался, как дочка"), Тоня начала поиски Ивана в сети. На тот момент в Фейсбуке уже репостили фотографию Валерия. Снимка Ивана не было, год рождения перепутали, но имя и фамилия совпадали.
Отношения у Антонины с Иваном были сложные. Она не понимала революционных порывов мужа. Тем более что дома - в съемной комнате - малолетний ребенок. Тоня "не пускала" Ивана на Майдан, из-за этого они несколько раз ссорились. О поездке в Крым Иван ей даже не сообщил - поддерживал связь исключительно с мамой.
Так же как Иван, был в постоянном поиске приработка. "Когда была работа, работал дома, когда не было - ехал в Киев", - рассказывает сестра Светлана.

В ноябре 2013 года Валерий работал на одной из киевских строек вместе с мужем Светланы. Последний вернулся домой на день рождения сына и уже во время Майдана на работу в столицу не ездил, а вот Валерий после короткой паузы снова поехал в Киев.

По словам Светланы, у Валерия была гражданская жена, с которой на момент исчезновения он уже, правда, не жил, у них - общая дочь

По нашей информации, он также имел погашенную судимость и знакомых в уголовном мире, но его сестра проблемы Валерия с законом обсуждать не хочет.
Валерий Ващук, 1985 года рождения
Согласно информации наших источников, был судим "по малолетке". По рассказам его матери, когда Ивану было 16, отобрал вместе с другом сумку у прохожего в парке.

Иван, как и многие жители Ровно, часто ездил в Киев подрабатывать на стройках. В столице устроиться на временную работу гораздо проще - строители находят вакансии прямо на вокзале.
Иван Бондарец, 1990 года рождения
Антонина уверена, что Иван с Валерием были знакомы еще до Майдана, хотя больше никто эту информацию нам подтвердить не смог. Она говорит также, что Валерий был в гостях у них дома ориентировочно в январе 2014 года, то есть уже во время событий Майдана.

Все наши собеседники считают, что именно Валерий, который был старше и, судя по всему, порывистей, чем Иван, и на тот момент уже состоял в 40-й сотне, привел Бондарца в Самооборону Майдана.

40-я сотня Майдана была создана в декабре 2013 года Украинской республиканской партией и изначально на 90% состояла из членов УРП. В дальнейшем к ней присоединялись жители разных регионов, в том числе крымчане.

По словам заместителя сотника 40-й сотни Василия Тереха, Валерий появился в рядах формирования еще в 2013 году. Он не знает, каким образом активист оказался именно в этой сотне, но предполагает, что это произошло через палатку Украинской республиканской партии на Майдане, которая приглашала добровольцев присоединяться к борьбе. Вспоминает, что при его появлении были какие-то подозрения, но впоследствии они не подтвердились. В подробности Василий вдаваться не хочет.

По словам Романа Семчишина, Валерий Ващук был на Майдане постоянно. Четыре года спустя сложно восстановить подробности, но Роман уверен, что Ващук почти "безвылазно" участвовал в революции. Он припоминает Валерия и в "Украинском доме" на Европейской площади, где находился штаб сотни, и в упомянутой уже горадминистрации на Крещатике, куда штаб переместился позже.

Кстати, распространенный в соцсетях снимок Валерия был сделан именно на 7-м этаже Киевгорадминистрации. Роман Семчишин рассказывает об истории его появления: после того как один из бойцов сотни потерял свой телефон во время очередного боя с правоохранителями, его товарищи сбросились ему на новый аппарат. Радуясь подарку, он принялся всех вокруг фотографировать. Так появился тот самый снимок Ващука.

Из рассказа сестры и соратников Валерия мы выяснили, что он побывал в нескольких горячих точках революционных противостояний.

Например, пострадал во время первой серьезной атаки на Майдан в ночь на 30 ноября 2013 года, которая и спровоцировала масштабный народный протест. Вышел на связь Валерий только на следующий день. Сообщил сестре, что с ним все в порядке.

"Когда "Беркут" разгонял людей, его поймали, но он расстегнул куртку и выпрыгнул из нее. В куртке остались паспорт, телефон, деньги. Телефон он каким-то образом вернул через два дня. Паспорт тоже нашелся, но уже позже, в бюро находок Майдана," - рассказывает Светлана.

Своей сестре, которая довольно скептически была настроена в отношении Майдана, он объяснял, что не может оставаться в стороне во время таких значимых событий.

"Он был очень инициативным, умел собрать вокруг себя народ и вести туда, куда ему надо было, - говорит Светлана. - Они днем работали на стройке, а ночью были на Майдане".

В январе Валерий заработал воспаление легких и лечился в одном из революционных госпиталей. Мы пытались выяснить у волонтерских групп Майдана, есть ли в их базах записи о таком пациенте, но данных не оказалось. Это может быть связано с тем, что Валерий назвался вымышленным именем. Либо его лечили без даже символической регистрации.

В конце января, во время одного из сражений на Грушевского, правоохранители выбили Валерию 8 зубов.

"У него впереди была совсем голая челюсть", - описывает травму заместитель сотника Василий Терех.

Вот, кстати, сообщение сотника Семчишина от 30 января 2014 года с просьбой о предоставлении медицинской помощи бойцу, пострадавшему от действий спецподразделения "Беркут". Судя по всему, речь идет именно о Валерии.

"У нас пострадавший - у 27-летнего патриота беркутом выбиты все передние зубы... Денег нет, влиятельных друзей и родственников тоже".


МАЙДАН
Поиск стоматологов завершился успешно, зубы Валерию починили.

Иван Бондарец к 40-й сотне присоединился значительно позже - в конце февраля 2014 года, уже после расстрелов на Майдане. Какой смысл был вступать в формирование уже после побега Януковича? Василий Терех объясняет: ситуация в стране была крайне расшатанной, а победа еще не окончательной, поэтому в сотню продолжали набирать добровольцев и после 21 февраля.

Тем не менее, судя по рассказам семьи, участником событий Майдана Бондарец стал значительно раньше, сразу же после начала революционных событий. Иван неоднократно звонил своей маме Людмиле Александровне из центра Киева. Уже в феврале в подробностях описывал, как они ночь напролет расчищали одну из главных революционных площадок - Дом профсоюзов - после масштабного пожара с 18 на 19 февраля.

"У меня был муж в Чернобыле, ему тоже надо было ехать, спасать, вытаскивать тех людей. И этот такой же, - делится мама Ивана, сдерживая слезы. - Он уехал на Майдан, как только все началось. Я ему: у тебя же только что ребенок родился. Он: нет, ты что, все хлопцы едут, а я буду лежать? Я еду защищать".

При этом, по словам их близких, ни Иван, ни Валерий не были на Майдане в самый кровавый день - 20 февраля 2014 года, когда в центре произошел массовый расстрел.

Нам удалось разыскать еще одного ровенского активиста Евромайдана Ивана Мартынова, который не состоял в 40-й сотне, но хорошо помнит Ивана и Валерия. Сам Мартынов после завершения революционных событий уехал в АТО добровольцем, получил на фронте несколько контузий. Он вспоминает, что познакомился с Бондарцом и Ващуком, когда первый раз попал на Майдан, это было в январе 2014 года в палатке "Ровно". Он характеризует их как "смелых хлопцев" и "хороших боевых казаков". Так же как сам Иван Мартынов, который успевал и работать, и участвовать в революции, Бондарец и Ващук, по его словам, время от времени "исчезали", чтобы поддержать свое существование, а затем снова появлялись в палаточном городке. После революции их пути разошлись, Иван поначалу даже не знал, что эти смелые хлопцы уехали в Крым. Тяжело вздыхая в трубку, он говорит, что по-прежнему надеется - они живы.
О намерении ехать в Крым для поддержки проукраинского движения Валерий сообщил сестре Светлане в среду, 5 марта, то есть за день до отъезда. При этом пообещал, что к 8 марта будет дома (хотя понятно, что это было бы крайне затруднительно).

Наслушавшись о революции, Светлана пыталась убедить его отказаться от поездки:

"Я ему говорила: Валер, там вам не Украина, вас там не поймут. Мне показалось, что я его отговорила, он вроде бы со мной согласился. Но через несколько дней он сообщил, что уже в поезде и едет в Крым".

Ирина Мандрыка, которая в 40-й сотне Самообороны Майдана была связисткой, вспоминает, что Валерий выезжал в Крым прямо из штаба. Он не заезжал домой за вещами, дорожную сумку для своих скромных пожитков одолжил как раз у Ирины. С ней он подробности поездки не обсуждал, но в дальнейшем, а именно во второй половине марта, именно Ирина по просьбе сотника Семчишина сообщала во всевозможные возникшие на Майдане поисковые группы о пропаже Валерия. Судя по тому, что изначально именно упомянутый выше снимок Валерия, сделанный в штабе сотни, "гулял" по соцсетям, информация о пропаже активистов исходила именно от сотни. Хотя Роман Семчишин сейчас уже не припоминает, как именно он сам узнал об исчезновении Ивана и Валерия.

Заместителю сотника Василию Тереху Ващук сообщил, что собирается в Крым, когда они вместе дежурили на "баррикаде имени Бетховена". Увенчанная портретом классика, эта баррикада располагалась возле киевской филармонии - между Европейской площадью и спуском на Подол.
ПОЕЗДКА В КРЫМ
"Баррикада имени Бетховена". Фото с Facebook-страницы "Республіканська добровольча сотня"
"Васильевич, я буду ехать на Крым, там сейчас будет самая горячая точка", - вспоминает Василий слова соратника.

Волонтер Лилия, помогавшая сотне с гуманитарными вопросами, как раз в первых числах марта нашла для Валерия нового стоматолога, но боец вдруг заявил, что визит к дантисту придется отложить, так как он срочно уезжает в Крым.

Прибытие и задержание на вокзале Людмила Александровна Бондарец, постоянно поддерживавшая связь с сыном, утверждает, что в Симферополь он прибыл около 4 утра 7 марта.

В 2014 году Украина, как известно, приостановила железнодорожное сообщение с Крымом. В сети еще можно найти расписание крымских поездов довоенного времени. Судя по всему, Ващук и Бондарец ехали на севастопольском поезде №40К, который выезжал из Киева около 13:00 с промежуточной остановкой в Симферополе в 4:30 утра. До 7:30, когда Валерий позвонил сестре, уже вполне могли состояться разговор с милицией, обыск и непродолжительный визит в линейный отдел.

Людмила Александровна уверена: Иван рассказывал ей, что они с Валерием вышли на перрон симферопольского вокзала, на тот момент наводненного довольно агрессивно настроенным "казачеством", в бронежилетах и камуфляже.

Сестра Ващука Светлана также говорит, что у ребят были с собой бронежилеты.

Эту информацию подтверждает и Роман Семчишин. В 40-й сотне первые "броники" появились в январе, после того как революция перешла кровавый рубеж. У Бондарца и Ващука, которые отправлялись в Крым, бронежилетов с собой было четыре: два для себя, еще два с собой. В тексте о Тимуре Шаймарданове мы уже писали о том, что на тот момент бронежилеты в Крым с Майдана пытались передавать разными путями, на свой страх и риск, чтобы хоть как-то обезопасить, к примеру, украинских военных. Впрочем, на фоне событий на Майдане было очевидно, что они могли спасти жизни и участникам гражданских акций.

Если активисты действительно были одеты в камуфляж, то такие пассажиры киевского поезда просто не могли не привлечь внимание специальных вокзальных патрулей, которые все ждали поезда с "бандеровцами" и неизвестно по какому праву уже проверяли документы приезжих (особенно их интересовала прописка), а в некоторых случаях проводили досмотр личных вещей.

Авторам тоже довелось тогда проходить проверку "казаков" и даже подкупать проводницу, чтобы она нас, киевлян-майдановцев и одного поляка-правозащитника, не сдала патрулю. А еще договариваться с местными, чтобы они нас встречали, поддерживая легенду о визите к крымским родственникам и о том, что камера - для крымских пейзажей. Игнорирование таких мер безопасности автоматически подвергало риску любого.

К тому же, по словам Романа Семчишина, Валерий на Майдане всюду носил с собой топор. В палаточном городке, где постоянно приходилось рубить дрова для обогрева, это выглядело органично, но вот в зоне международного вооруженного конфликта... Если предположить, что Валерий прихватил с собой топор и в Крым, то шансы избежать контактов с "Крымской самообороной" и правоохранительными органами вообще сводились к нулю.

Со слов родственниц Ивана и Валерия мы знаем, что майдановцев задерживала на вокзале милиция и доставляла в линейный отдел.

"Они привлекли к себе внимание, и их забрал наряд милиции. Допрашивали по поводу цели прибытия," - пересказывает Людмила Александровна разговор с сыном.

В ключевых моментах рассказы родственников совпадают. Однако это может быть результатом постоянного обмена информацией между семьями. Никаких первоисточников - смс, сообщений в соцсетях и т.п. - не сохранилось. Недоступны и официальные данные о задержании.
Мы обратились с запросами, чтобы выяснить, сохранилась ли в журналах регистрации информация о задержании Ивана и Валерия. Хотя милиционеры в большинстве своем поддержали оккупацию, они хотя бы в некоторых случаях пытались сохранять хорошую мину и соблюдать процедуру. Но, как оказалось, март 2014 года буквально выпал из всех возможных реестров и оказался никем не задокументированным.

В частности, мы обратились в МВД Российской Федерации, которая осуществляет контроль над так называемыми крымскими правоохранительными органами, с такими вопросами:
МАРТ, ВЫПАВШИЙ ИЗ ИСТОРИИ
  1. Была ли задокументирована информация о задержании милицией на вокзале И. Бондарца и В. Ващука 7 марта 2014 года? Есть ли соответствующая запись в журнале регистрации?
  2. Если да, то на каком основании было проведено это задержание?
  3. Был ли проведен личный досмотр И. Бондарца и В. Ващука?
  4. Кем именно производилось задержание?
  5. Имеется ли информация о местонахождении И. Бондарца и В. Ващука на сегодняшний день?
Ответ мы получили не от МВД России, а из оккупационных правоохранительных органов Крыма, а именно - от А.А. Рыбинского, начальника так называемого Крымского линейного управления МВД РФ на транспорте. В ответе на запрос сказано, что Крымское ЛУ не является правопреемником Линейного отдела на станции Симферополь ГУ МВД Украины в Приднепровской железной дороге. Соответственно, какой-либо информацией, поступившей в базы данных до 25 марта 2014 года, там не располагают.
Национальная полиция Украины, которой мы отправили подобный запрос по поводу задержания Бондарца и Ващука, также не владеет информацией.

В электронной базе данные о задержании Ивана и Валерия на вокзале Симферополя 7 марта отсутствуют.

Более того, нормативная документация и регистрационные книги из Линейного отдела на станции Симферополь ГУ МВД Украины в Приднепровской железной дороге за весь 2014 год вообще не передавались в архив МВД - что логично, учитывая ситуацию. И в принципе какой-либо информации о деятельности симферопольского линейного отдела в период с 7 по 25 марта у Национальной полиции Украины нет.
Итак, после общения с вокзальной милицией Иван и Валерий еще успели созвониться с родными. И здесь мы приближаемся к самому загадочному моменту.

Родственницы обоих пропавших активистов вспоминают: по словам Ивана и Валерия, утром 7 марта их на вокзале должен быть встретить координатор. Координатор кого или чего - неизвестно. Встречи не произошло. И, судя по всему, связи с этим человеком тоже не было, так как молодые люди, уже успев нарваться на неприятности с милицией, запаниковали.

Роман Семчишин говорит, что, по его информации, правоохранителям еще в 2014 году удалось установить, что с телефона Валерия в то утро было несколько соединений исключительно с его сестрой. Однако у активистов могли быть и запасные сим-карты, поэтому не факт, что они не созванивались с кем-то другим. Либо этому кому-то не смогли дозвониться.

Роман не представляет себе, кто мог быть тем координатором, о котором упоминали оба активиста. Еще он говорит, что такого слова в разговоре с ним перед поездкой Валерий не употреблял. Вообще у Романа сложилось впечатление, что ребята едут к кому-то, кого Валерий хорошо знает. В целях безопасности Ващук не сообщал имени этого человека и контакты, по словам Романа, никому не передавал.

То есть эта загадочная координация осуществлялась не по линии Самообороны. Из всех активистов 40-й сотни только Иван и Валерий рискнули поехать в Крым.

О личности загадочного координатора мы расспрашивали и крымских активистов. Связались с Андреем Щекуном, который координировал общественное движение "Евромайдан-Крым", побывал в плену с 9 по 20 марта и был освобожден в той самой первой группе, о которой рассказывал Андрей Сенченко. По словам Андрея Щекуна, участники "Евромайдана-Крым" встречали активистов, приезжающих из других регионов Украины для поддержки крымчан, и помогали им с размещением. Но он не помнит, чтобы к ним обращались Иван и Валерий. Фамилии Ващука и Бондарца он впервые услышал уже после освобождения из плена и узнал о них как о без вести пропавших. Кто мог быть тем координатором, который должен был встречать их в Крыму, он не может даже предположить. По словам Щекуна, в начале марта на крымских акциях против оккупации стали появляться активисты из других украинских регионов, которые самоорганизовывались, приезжали самостоятельно и к крымским майдановцам за помощью не обращались.
ЗАГАДКА №1. Координатор
Оценив ситуацию как небезопасную, активисты решили звонить в Киев и просить, чтобы их забрали из Симферополя. Именно так Иван и Валерий говорили по телефону своим родным. То есть, судя по всему, сами уехать они не могли - скорее всего, не было денег.

Роман Семчишин спрашивал Валерия, на какие средства он собирается ехать в Крым.

Этот вопрос был вполне логичен: Валерий всю революция провел на Майдане. Даже если он где-то и подрабатывал строителем, эти средства вряд ли позволили бы ему ехать на полуостров. В то же время, учитывая огромную поддержку обществом Майдана, в том, что нашлись люди, готовые оплатить такую поездку, не было ничего удивительного. Один из авторов этого текста был волонтером инициативы Евромайдан SOS: в то время незнакомые люди приносили в офис огромное количество еды, кто-то готов был покупать камеры для документирования нарушений прав человека, кто-то предлагал пополнить счет на мобильном, кто-то - просто деньги в качестве помощи. Иван и Валерий тоже могли рассчитывать на чью-то помощь.

Отвечая на вопрос сотника, Валерий сослался на некоего знакомого патриота-бизнесмена, который занимается нефтью и дал деньги на покупку билетов. Эта версия, кстати, изложена в показаниях Семчишина на судебном процессе по признанию Бондарца без вести пропавшим.
ЗАГАДКА №2. Кто организовал поездку?
Ващук сказал также, что у него в Крыму есть знакомые и он знает, где там можно остановиться, но не уточнял фамилии и адреса. У Романа сложилось впечатление, что те, кто помогал купить билеты, и те, кто должен был организовать встречу Бондарца и Ващука на месте, - разные люди.

Параллельно Иван Бондарец тоже рассказывал маме, что в Крым ему помогали отправиться "серьезные люди".

Родственники обоих активистов также утверждают, что их пропавшие брат и сын упоминали семью крупных предпринимателей из украинского списка "Форбс", утверждая, что именно они финансово поддержали поездку в Крым. Пикантность ситуации в том, что эта семья на момент событий Майдане была приближена к лагерю Партии регионов (один из членов семьи даже был народным депутатом от этой партии), а возле принадлежавшей им всеукраинской сети супермаркетов активисты проводили акции протеста с призывом бойкотировать "кровавых бизнесменов". Мы дозвонились до этой предпринимательской четы, но женщина категорически отрицала слухи о финансировании ими активистов Майдана или их поездок в Крым. Нам известно, что нашу собеседницу допрашивали в рамках уголовного производства по исчезновению ровенских майдановцев, однако в разговоре с нами она утверждает, что никаких вопросов о Бондарце и Ващуке следователи ей не задавали.

Это наводит на мысль, что Ивана и Валерия могли использовать втемную: они ехали в Крым поддержать протест, но для них могла быть уготована иная роль.

Вот несколько конспирологических версий.
"- Какова ваша версия? - спрашиваем у Людмилы Александровны.
- Как телят послали за ограду… Он не знал, куда он едет. Он рвался, он такой активный ".
Задание спецслужб?
На вопрос "кто послал?" мама пропавшего без вести Бондарца предпочитает не отвечать.

В интервью программе "Гордон" три года спустя после начала оккупации Крыма глава СБУ в 2014-2015 гг. Валентин Наливайченко рассказал:

"С началом агрессии и оккупации Крыма, которая началась 20 февраля (а мы смогли действовать только начиная с 24-25 февраля, когда новые люди начали появляться хотя бы в центральном офисе), с первого дня я отдал два приказа. Сегодня я их рассекречиваю… Второй - группы новых офицеров СБУ, людей с Майдана, которых мы срочно в течение первых дней и ночей брали в центральный офис, группировались в спецгруппы и отправлялись мной в Крым. Решали две задачи тогда: спасать людей, активистов, деятелей церкви, государства от арестов…"

Могли ли Валерий и Иван быть в одной из этих наспех сформированных групп добровольцев, которых, если верить Наливайченко, отправляли в Крым со специальной миссией? Возможно. Только почему СБУ не озаботилась тем, чтобы достать их из плена на оккупированной территории? По словам Андрея Сенченко, который занимался вопросами освобождения заложников, списки похищенных в администрацию президента передавала именно СБУ.

Когда мы спросили Валентина Наливайченко, помнит ли он фамилии людей, которых он отправлял, и были ли среди них Бондарец и Ващук, он сказал, что фамилий не припоминает и что эту работу по отправке координировал другой человек, а именно - его зам Андрей Левус, ныне народный депутат. Мы отправили запрос парламентарию, на сегодняшний день все еще ожидаем ответа. На наши телефонные звонки и смс Андрей Левус по неизвестным нам причинам не отвечает.

Состоянием на 18 января 2018 года мы так и не получили от Андрея Левуса ответ на обращение, отправленное более месяца назад. Тем не менее, в личном архиве нам удалось найти вот это видео, записанное 19 марта 2014 года во время акции с требованием освободить из плена активистов "Автомайдана". К участникам митинга под стенами СБУ вышел заместитель главы Службы безопасности Украины и сказал, в частности, что, по информации СБУ, захваченные в плен автомайдановцы "живы и здоровы". На уточняющий вопрос: "весь список?" он ответил: "Да весь, список, из 10 людей... из 11 людей". При этом, он не уточнил вошедшие в список фамилии. Далее замглавы спецслужбы заверил журналистов, что как только будет принято решение о статусе Крыма, будет определено и ведомство, на которое возложат обязательство по работе с проблемой крымских заложников. Кстати, это ведомство так и не было определено. Ни в 2014-м, ни позднее.

"Я больше скажу. Есть список общественных активистов, но список значительно больше. Потому что украинских граждан там - несколько тысяч, которые признают себя украинскими гражданами. Они заложники или они кто? Сейчас заседает Совет национальной безопасности и обороны. Он определит статус территории. А когда определится статус территории, тогда будет определено, какая служба занимается каким порядком по освобождению этих людей, - заявил в марте 2014-го замглавы СБУ. - Это важно. Потому что, если вы знаете, Служба внешней разведки, Главное управление разведки занимается за пределами Украины или в оккупированных территориях. И для того, чтобы мы сохранили формат правильный и не помешали тем людям, мы не можем сейчас объявлять или совершать какие-то усилия другие".
На соответствующий запрос Служба безопасности Украины ответила нам отрицательно, утверждая, что ни Иван Бондарец, ни Валерий Ващук "среди сотрудников-военнослужащих и работников, которые заключили трудовой договор с СБ Украины, не значатся и в предыдущие годы военную службу не проходили и не работали".
Провокация?
А вот Роман Семчишин, рассказывая о событиях конца зимы - начала весны 2014 года, вспоминает об одном из бойцов 40-й сотни, который, во-первых, "непонятным образом" появился в подразделении, представившись бывшим сотрудником правоохранительных органов с опытом разведчика, во-вторых, тесно общался с Валерием Ващуком, а в-третьих, после исчезновения Бондарца и Ващука сказал, что знает, где они находятся, но уточнять отказывался, ссылаясь на некую конспиративную квартиру и утверждая, что звонить им не стоит в целях их же безопасности. Спустя некоторое время он уже отбивался от расспросов по поводу пропавших соратников, говорил, что ему ничего неизвестно, а потом и вовсе пропал и с тех пор не появлялся.

Мы не будем называть имя этого человека, ведь никаких доказательств ни у нас, ни у Семчишина нет, а дозвониться ему по номеру времен Майдана не удалось. Его номер принадлежит теперь другому человеку, который даже на Майдане не был.

Могла ли отправка заядлых активистов Майдана - в камуфляже и со спецсредствами в виде бронежилетов - быть нацелена на еще большее разжигание истерии в Крыму и подготовку пропагандистской почвы для оккупации и аннексии? Почему бы и нет? И, если уж до конца следовать этой логике, это вполне могло быть поддержано приближенными к Партии регионов и тогдашней администрации президента. Если придерживаться этой версии, то что-то пошло не так: в вечерних новостях о них - "ужасных бандеровцах" - даже не показали сюжет.
Наша версия исчезновения
Роман Семчишин считает, что Иван и Валерий должны были ехать в Бахчисарай. Правда, он не помнит, откуда именно у него появилась эта информация.

"Где-то название этого города звучало в связи с Ващуком и Бондарцом, не помню, где именно", - говорит он растерянно.

В любом случае до Бахчисарая они вряд ли доехали.

В Ровно нам удалось встретиться с местным опером, который занимается делами пропавших без вести в регионе, в том числе принимал участие в оперативно-разыскных мероприятиях по делу Ивана Бондарца.

Он был не первым, кто работал в деле, и передал его коллегам еще в 2014 году. Ссылаясь на информацию, "снятую" с вышек телефонных операторов, он утверждает, что Иван и Валерий пропали с радаров недалеко от железнодорожного вокзала.

Что произошло - можно догадываться, анализируя другие крымские кейсы этого же периода.

Есть среди крымских пленников те, кто, покинув отдел милиции после задержания или даже суда по административным делам, попадал прямо в руки "казаков" или "Крымской самообороны", которые в дальнейшем длительное время удерживали этих людей под своим контролем. Например, так случилось с несколькими активистами - Владиславом Полищуком и Сергеем Ткачуком, которые задерживались синхронно с Николаем Шиптуром.

Их схватила полиция по наводке "Крымской самообороны", после того как они были замечены на проукраинской акции в Севастополе. Сюжет об их задержании вышел на местном телеканале - с характерной пропагандистской подачей. Над тремя из них на следующий день устроили суд. Они сознались в том, что якобы совершали хулиганские действия, судья их освободил из-под стражи. Но уже на выходе из райотдела двоих парней - Полищука и Ткачука - схватила "Севастопольская самооборона", и 15 дней они провели на территории военкомата, где также удерживался, к примеру, Алексей Гриценко. Полищук после суда даже успел позвонить домой и сказать, что с ним уже все хорошо, но тут же был похищен и пропал на две недели.

Можно предположить, что в случае с Бондарцом и Ващуком уже подконтрольная милиция могла вызвать нерегулярные формирования "для подкрепления" и чтобы самим не ввязываться в неприятные истории. Тем более что, по словам родственниц, в самом линейном отделе Ивану и Валерию угрожали тем, что передадут экс-сотрудникам спецподразделения "Беркут". Не исключено, что так и произошло.

На тот момент в Крыму с особым рвением разыскивали майдановцев, буквально охотились за ними. Вот в качестве примеров - несколько историй: активистки Майдана Марты Погорелой, а также человека, представившегося Андреем, который в Крым ехал по рабочим вопросам, но привлек к себе нежелательное внимание фотографиями с Майдана в телефоне. Судя по описаниям, можно предположить, что в обоих случаях люди незаконно удерживались именно беркутовцами, которые пылали ненавистью к Майдану.
После 11 марта обе семьи начали искать своих родственников. Сначала в интернете. На тот момент в различных пабликах Бондарец и Ващук уже были заявлены как пропавшие без вести.

Именно в эти дни одному из авторов этого текста пришлось впервые написать сообщение о пропаже Ивана и Валерия на страницу инициативы, созданной после начала Майдана для поиска без вести пропавших и координации правовой помощи задержанным. Мы написали этот пост в конце марта 2014 года, чтобы проверить информацию о самом факте пропажи.

Антонина Фаенко обнаружилась в комментариях почти моментально, с того момента время от времени мы поддерживали связь и пытались собирать средства для помощи семье.
НАЧАЛО ПОИСКОВ
Одно из сообщений с просьбой о помощи семье, размещенное в марте 2014 года на странице ЄвромайданSOS
Через Антонину удалось узнать и о пропавшем Ващуке, а также связаться с его семьей. И если другие активисты рано или поздно находились, эти так и не нашлись.
Светлана Ващук обратилась в милицию в конце марта 2014 года. Написала заявление в Остроге, поскольку Валерий жил с мамой в деревне Межириче Острожского района Ровенской области. Тогда Светлану, а также ее маму опросили, но с того момента ни о каких результатах проведения следственных действий не сообщали, полиция только один раз в год на всякий случай интересуется, не выходил ли Валерий на связь.

В базе данных МВД по пропавшим людям есть и карточка Валерия.

"Лицо овальное, волосы прямые темные короткие, брови прямые, нос прямой, губы тонкие, подбородок прямой, ушные раковины прилегающие, глаза светлые".
РАССЛЕДОВАНИЕ
Ивана Бондарца в онлайн-базе почему-то нет.

Гражданская жена Бондарца Тоня подала заявление в Ровенский горотдел милиции в марте 2014 года. 9 апреля было открыто производство по статье 115 Уголовного кодекса (умышленное убийство). В случаях, когда речь идет об исчезновении человека, украинскими правоохранительными органами применяется именно такая квалификация. Работой следователей, которые в деле менялись уже несколько раз, Тоня недовольна.

"Все, что мы знаем, мы сами и нашли. Ничего нового милиция нам ни разу не сообщала," - жалуется она. Последний раз ее опрашивали в апреле текущего года, вновь в рамках формальной процедуры.

Показания сотника 40-й сотни Семчишина оказались в материалах судебного процесса по признанию Бондарца пропавшим без вести тоже по инициативе Тони - она сама его разыскала и попросила дать показания.

Ровенский оперативник, который непродолжительное время занимался расследованием дела о пропаже Ивана, рассказывает, что он проверял информацию о Бондарце в криминальных кругах, по своим оперативным контактам, в том числе в местах лишения свободы. Наличие в биографии Бондарца судимости заставило бывалого опера обратиться даже к источникам в уголовном мире, но ничего по существу они не сообщили. Как работник с 20-летним стажем, занимающийся пропавшими без вести, он первым делом подозревает неладное - к примеру, что человек сбежал от семьи к более ненавязчивым отношениям, либо что он таким образом скрылся. К таким потерявшимся, в особенности во время событий Майдана, у сотрудников правоохранительных органов скептическое отношение: и пропали они "не по-настоящему", да и в революции участвовали "не просто так".

На сегодняшний день производства по исчезновениям Ивана и Валерия объединены в одно. Процессуальное руководство - за находящейся в Киеве прокуратурой Автономной Республики Крым, расследованием занимается Главное управление Национальной полиции в Автономной Республике Крым и г. Севастополе. Когда мы приезжаем пообщаться с сотрудниками недавно воссозданной уже в Одессе крымской полиции, в здании управления на улице Преображенской полным ходом идет ремонт. Дела только попали в руки следователей, для которых все эти фамилии многолетних узников либо пропавших без вести - что-то новое. За полгода в деле также изменился следователь.

По нашей информации, сейчас в деле Бондарца и Ващука проводится ряд следственных действий, подробности которых не разглашаются.

Что касается оккупированного Крыма, то там даже уголовного дела по пропаже нет, так как никто пока что с соответствующим заявлением не обращался.
30 сентября 2015 года решением Ровенского горсуда Иван Бондарец был признан без вести пропавшим - после обращения Тони, согласно Гражданскому кодексу Украины. На тот момент у нее уже более года не было информации о местонахождении Ивана. В решении суда сказано: Иван заявил жене, что едет на Майдан защищать Украину, и больше домой не возвращался.

Обе семьи уверены, что если бы их родные были живы, они бы обязательно дали о себе знать.

Но тут же Тоня говорит: "Я думаю, что он где-то есть… Может быть, побили и они память потеряли. Может быть, в плену… Надеюсь, они с Валерой вернутся".

"Мама все ждет, ждет, ждет. Думает, что он явится," - вздыхает Светлана Ващук.

У нее двое детей и своя жизнь.

Последние фотографии брата из поезда Киев-Симферополь у Светланы не сохранились.


ПОСЛЕСЛОВИЕ
По состоянию на 24 марта Бондарец и Ващук числились пропавшими без вести, их судьбой активно интересовались СМИ и некоторые соратники по Майдану, но почему-то они не были внесены в списки на освобождение. Почему?


Кто тот координатор, который должен был встретить Валерия и Ивана в Крыму, и почему этого не произошло?


Могли ли Валерий и Иван поехать в Крым в качестве представителей спецслужб со спецзаданием? Если да, то почему их не пытались разыскать и вытащить? Или наоборот - они могли быть частью хитрой политтехнологии и быть отправлены представителями сил, поддерживающих оккупантов, для создания устрашающей картинки с майдановцами в камуфляже?
ВОПРОСЫ БЕЗ ОТВЕТОВ
Made on
Tilda